Битва. Роберт Шекли

Стандартный
Robert Sheckley Роберт Шекли
THE BATTLE Битва
Supreme General Fetterer barked “At ease!” as he hurried into the command room. Верховный главнокомандующий Феттерер стремительно вошёл в оперативный зал и рявкнул: — Вольно!
Obediently, his three generals stood at ease. Три его генерала послушно встали вольно.
“We haven’t much time,” Fetterer said, glancing at his watch. — Лишнего времени у нас нет, — сказал Феттерер, взглянув на часы.
“We’ll go over the plan of battle again.” — Повторим ещё раз предварительный план сражения.
He walked to the wall and unrolled a gigantic map of the Sahara desert. Он подошёл к стене и развернул гигантскую карту Сахары.
“According to our best theological information, Satan is going to present his forces at these coordinates.” — Согласно наиболее достоверной теологической информации, полученной нами, Сатана намерен вывести свои силы на поверхность вот в этом пункте.
He indicated the place with a blunt forefinger. — Он ткнул в карту толстым пальцем.
“In the front rank there will be the devils, demons, succubi, incubi, and the rest of the ratings. — В первой линии будут дьяволы, демоны, суккубы, инкубы и все прочие того же класса.
Bael will command the right flank, Buer the left. Правым флангом командует Велиал, левым — Вельзевул.
His Satanic Majesty will hold the center.” Его Сатанинское Величество возглавит центр.
“Rather medieval,” General Dell murmured. — Попахивает средневековьем, — пробормотал генерал Делл.
General Fetterer’s aide came in, his face shining and happy with thought of the Coming. Вошёл адъютант генерала Феттерера. Его лицо светилось счастьем при мысли об Обещанном Свыше.
“Sir,” he said, “the priest is outside again.” — Сэр, — сказал он, — там опять священнослужитель.
“Stand at attention, soldier,” Fetterer said sternly. — Извольте стать смирно, — строго сказал Феттерер.
“There’s still a battle to be fought and won.” — Нам ещё предстоит сражаться и победить.
“Yes sir,” the aide said, and stood rigidly, some of the joy fading from his face. — Слушаю, сэр, — ответил адъютант и вытянулся. Радость на его лице поугасла.
“The priest, eh?” — Священнослужитель, гм?
Supreme General Fetterer rubbed his fingers together thoughtfully. — Верховный главнокомандующий Феттерер задумчиво пошевелил пальцами.
Ever since the Coming, since the knowledge of the imminent Last Battle, the religious workers of the world had made a complete nuisance of themselves. После Пришествия, после того, как стало известно, что грядёт Последняя Битва, труженики на всемирной ниве религий стали сущим наказанием.
They had stopped their bickering, which was commendable. But now they were trying to run military business. Они перестали грызться между собой, что само по себе было похвально, но, кроме того, они пытались забрать в свои руки ведение войны.
“Send him away,” Fetterer said. — Гоните его, — сказал Феттерер.
“He knows we’re planning Armageddon.” — Он же знает, что мы разрабатываем план Армагеддона.
“Yes sir,” the aide said. He saluted sharply, wheeled, and marched out — Слушаю, сэр, — сказал адъютант, отдал честь, чётко повернулся и вышел, печатая шаг.
“To go on,” Supreme General Fetterer said, “behind Satan’s first line of defense will be the resurrected sinners, and various elemental forces of evil. — Продолжим, — сказал верховный главнокомандующий Феттерер. — Во втором эшелоне Сатаны расположатся воскрешённые грешники и различные стихийные силы зла.
The fallen angels will act as his bomber corps. В роли его бомбардировочной авиации выступят падшие ангелы.
Dell’s robot interceptors will meet them.” Их встретят роботы-перехватчики Делла.
General Dell smiled grimly. Генерал Делл угрюмо улыбнулся.
“Upon contact, MacFee’s automatic tank corps will proceed toward the center of the line. MacFee’s automatic tank corps will proceed toward the center,” Fetterer went on, “supported by General Ongin’s robot infantry. — После установления контакта с противником автоматические танковые корпуса Мак-Фи двинутся на его центр, поддерживаемые роботопехотой генерала Онгина, — продолжал Феттерер.
Dell will command the H bombing of the rear, which should be tightly massed. — Делл будет руководить водородной бомбардировкой тылов, которая должна быть проведена максимально массированно.
I will thrust with the mechanized cavalry, here and here.” Я по мере надобности буду в различных пунктах вводить в бой механизированную кавалерию.
The aide came back, and stood rigidly at attention. Вернулся адъютант и вытянулся по стойке смирно.
“Sir,” he said, “the priest refuses to go. — Сэр, — сказал он, — священнослужитель отказался уйти.
He says he must speak with you.” Он заявляет, что должен непременно поговорить с вами.
Supreme General Fetterer hesitated before saying no. Верховный главнокомандующий Феттерер хотел было сказать «нет», но заколебался.
He remembered that this was the Last Battle, and that the religious workers were connected with it He decided to give the man five minutes. Он вспомнил, что это всё-таки Последняя Битва и что труженики на ниве религий действительно имеют к ней некоторое отношение. И он решил уделить священнослужителю пять минут.
“Show him in,” he said. — Пригласите его войти, — сказал он.
The priest wore a plain business suit, to show that he represented no particular religion. Священнослужитель был облачён в обычные пиджак и брюки, показывавшие, что он явился сюда не в качестве представителя какой-то конкретной религии.
His face was tired but determined. Его усталое лицо дышало решимостью.
“General,” he said, “I am a representative of all the religious workers of the world, the priests, rabbis, ministers, mullahs, and all the rest. — Генерал, — сказал он, — я пришёл к вам как представитель всех тружеников на всемирной ниве религий — патеров, раввинов, мулл, пасторов и всех прочих.
We beg of you, General, to let us fight in the Lord’s battle.” Мы просим вашего разрешения, генерал, принять участие в Битве Господней.
Supreme General Fetterer drummed his fingers nervously against his side. Верховный главнокомандующий Феттерер нервно забарабанил пальцами по бедру.
He wanted to stay onfriendly terms with these men. Он предпочёл бы остаться в хороших отношениях с этой братией.
Even he, the Supreme Commander, might need a good word, when all was said and done…. Что ни говори, а даже ему, верховному главнокомандующему, не повредит, если в нужный момент за него замолвят доброе слово…
“You can understand my position,” Fetterer said unhappily. — Поймите моё положение, — тоскливо сказал Феттерер.
“I’m a general. I have a battle to fight.” — Я — генерал, мне предстоит руководить битвой…
“But it’s the Last Battle,” the priest said. — Но это же Последняя Битва, — сказал священнослужитель.
“It should be the people’s battle.” — В ней подобает участвовать людям.
“It is,” Fetterer said. — Но они в ней и участвуют, — ответил Феттерер.
“It’s being fought by their representatives, the military.” — Через своих представителей, военных.
The priest didn’t look at all convinced. Священнослужитель поглядел на него с сомнением.
Fetterer said, Феттерер продолжал:
“You wouldn’t want to lose this battle, would you? — Вы же не хотите, чтобы эта битва была проиграна, не так ли?
Have Satan win?” Чтобы победил Сатана?
“Of course not,” the priest murmured. — Разумеется, нет, — пробормотал священник.
“Then we can’t take any chances,” Fetterer said. — В таком случае мы не имеем права рисковать, — заявил Феттерер.
“All the governments agreed on that, didn’t they? — Все правительства согласились с этим, не правда ли?
Oh, it would be very nice to fight Armageddon with the mass of humanity. Да, конечно, было бы очень приятно ввести в Армагеддон массированные силы человечества.
Symbolic, you might say. Весьма символично.
But could we be certain of victory?” Но могли бы мы в этом случае быть уверенными в победе?
The priest tried to say something, but Fetterer was talking rapidly. Священник попытался что-то возразить, но Феттерер торопливо продолжал:
“How do we know the strength of Satan’s forces? — Нам же неизвестна сила сатанинских полчищ.
We simply must put forth our best foot, militarily speaking. Мы обязаны бросить в бой всё лучшее, что у нас есть.
And that means the automatic armies, the robot interceptors and tanks, the H bombs.” А это означает — автоматические армии, роботы-перехватчики, роботы-танки, водородные бомбы.
The priest looked very unhappy. Священнослужитель выглядел очень расстроенным.
“But it isn’t right,” he said. — Но в этом есть что-то недостойное, — сказал он.
“Certainly you can find some place in your plan for people?” — Неужели вы не могли бы включить в свои планы людей?
Fetterer thought about it, but the request was impossible. Феттерер обдумал эту просьбу, но выполнить её было невозможно.
The plan of battle was fully developed, beautiful, irresistible. Детально разработанный план сражения был совершенен и обеспечивал верную победу.
Any introduction of a gross human element would only throw it out of order. Введение хрупкого человеческого материала могло только всё испортить.
No living flesh could stand the noise of that mechanical attack, the energy potentials humming in the air, the all-enveloping fire power. Никакая живая плоть не выдержала бы грохота этой атаки механизмов, высоких энергий, пронизывающих воздух, всепожирающей силы огня.
A human being who came within a hundred miles of the front would not live to see the enemy. Любой человек погиб бы ещё в ста милях от поля сражения, так и не увидев врага.
“I’m afraid not,” Fetterer said. — Боюсь, это невозможно, — сказал Феттерер.
“There are some,” the priest said sternly, “who feel that it was an error to put this in the hands of the military.” — Многие, — сурово произнёс священник, — считают, что было ошибкой поручить Последнюю Битву военным.
“Sorry,” Fetterer said cheerfully. “That’s defeatist talk. — Извините, — бодро возразил Феттерер, — это пораженческая болтовня.
If you don’t mind—” He gestured at the door. Wearily, the priest left. С вашего разрешения… — Он указал на дверь, и священнослужитель печально вышел.
“These civilians,” Fetterer mused. — Ох, уж эти штатские, — вздохнул Феттерер.
“Well, gentlemen, are your troops ready?” — Итак, господа, ваши войска готовы?
“We’re ready to fight for Him,” General MacFee said enthusiastically. — Мы готовы сражаться за Него, — пылко произнёс генерал Мак-Фи.
“I can vouch for every automatic in my command. — Я могу поручиться за каждого автоматического солдата под моим началом.
Their metal is shining, all relays have been renewed, and the energy reservoirs are fully charged. Их металл сверкает, их реле обновлены, аккумуляторы полностью заряжены.
Sir, they’re positively itching for battle!” Сэр, они буквально рвутся в бой.
General Ongin snapped fully out of his daze. Генерал Онгин вышел из задумчивости.
“The ground troops are ready, sir!” — Наземные войска готовы, сэр.
“Air arm ready,” General Dell said. — Воздушные силы готовы, — сказал генерал Делл.
“Excellent,” General Fetterer said. — Превосходно, — подвёл итог генерал Феттерер.
“All other arrangements have been made. — Остальные приготовления закончены.
Television facilities are available for the total population of the world. Телевизионная передача для населения всего земного шара обеспечена.
No one, rich or poor, will miss the spectacle of the Last Battle.” Никто, ни богатый, ни бедный, не будет лишён зрелища Последней Битвы.
“And after the battle—” General Ongin began, and stopped. He looked at Fetterer. — А после битвы… — начал генерал Онгин и умолк, поглядев на Феттерера.
Fetterer frowned deeply. Тот нахмурился.
He didn’t know what was supposed to happen after The Battle. Ему не было известно, что должно произойти после битвы.
That part of it was presumably, in the hands of the religious agencies. Этим, по-видимому, займутся религиозные учреждения.
“I suppose there’ll be a presentation or something,” he said vaguely. — Вероятно, будет устроен торжественный парад или ещё что-нибудь в этом роде, — ответил он неопределённо.
“You mean we will meet—Him?” General Dell asked. — Вы имеете в виду, что мы будем представлены… Ему? — спросил генерал Делл.
“Don’t really know,” Fetterer said. “But I should think so. — Точно не знаю, — ответил Феттерер, — но вероятно.
After all—I mean, you know what I mean.” Ведь всё-таки… Вы понимаете, что я хочу сказать.
“But what should we wear?” General MacFee asked, in a sudden panic. — Но как мы должны будем одеться? — растерянно спросил генерал Мак-Фи.
“I mean, what does one wear?” — Какая в таких случаях предписана форма одежды?
“What do angels wear?” Fetterer asked Ongin. — Что носят ангелы? — осведомился Феттерер у Онгина.
“I don’t know,” Ongin said. — Не знаю, — сказал Онгин.
“Robes, do you think?” General Dell offered. — Белые одеяния? — предположил генерал Делл.
“No,” Fetterer said sternly. — Нет, — твёрдо ответил Феттерер.
“We will wear dress uniform, without decorations.” — Наденем парадную форму, но без орденов.
The generals nodded. Генералы кивнули.
It was fitting. Это отвечало случаю.
And then it was time. И вот пришёл срок.
Gorgeous in their battle array, the legions of Hell advanced over the desert. В великолепном боевом облачении силы Ада двигались по пустыне.
Hellish pipes skirled, hollow drums pounded, and the great host moved forward. Верещали адские флейты, ухали пустотелые барабаны, посылая вперёд призрачное воинство.
In a blinding cloud of sand, General MacFee’s automatic tanks hurled themselves against the Satanic foe. Вздымая слепящие клубы песка, танки-автоматы генерала Мак-Фи ринулись на сатанинского врага.
Immediately, Dell’s automatic bombers screeched overhead, hurling their bombs on the massed horde of the damned. И тут же бомбардировщики-автоматы Делла с визгом пронеслись в вышине, обрушивая бомбы на легионы погибших душ.
Fetterer thrust valiantly with his automatic cavalry. Феттерер мужественно бросал в бой свою механическую кавалерию.
Into this melee advanced Ongin’s automatic infantry and metal did what metal could. В этот хаос двинулась роботопехота Онгина, и металл сделал всё, что способен сделать металл.
The hordes of the damned overflowed the front, ripping apart tanks and robots. Орды адских сил врезались в строй, раздирая в клочья танки и роботов.
Automatic mechanisms died, bravely defending a patch of sand. Автоматические механизмы умирали, мужественно защищая клочок песка.
Dell’s bombers were torn from the skies by the fallen angels, led by Marchocias, his griffin’s wings beating the air into a tornado. Бомбардировщики Делла падали с небес под ударами падших ангелов, которых вёл Мархозий, чьи драконьи крылья закручивали воздух в тайфуны.
The thin, battered line of robots held, against gigantic presences that smashed and scattered them, and struck terror into the hearts of television viewers in homes around the world. Потрёпанная шеренга роботов выдерживала натиск гигантских злых духов, которые крушили их, поражая ужасом сердца телезрителей во всём мире, не отводивших зачарованного взгляда от экранов.
Like men, like heroes, the robots fought, trying to force back the forces of evil. Роботы дрались как мужчины, как герои, пытаясь оттеснить силы зла.
Astaroth shrieked a command, and Behemoth lumbered forward. Астарот выкрикнул приказ, и Бегемот тяжело двинулся в атаку.
Bael, with a wedge of devils behind him, threw a charge at General Fetterer’s crumbling left flank. Велиал во главе клина дьяволов обрушился на заколебавшийся левый фланг генерала Феттерера.
Metal screamed, electrons howled in agony at the impact. Металл визжал, электроны выли в агонии, не выдерживая этого натиска.
Supreme General Fetterer sweated and trembled, a thousand miles behind the firing line. But steadily, nervelessly, he guided the pushing of buttons and the throwing of levers. В тысяче миль позади фронта генерал Феттерер вытер дрожащей рукой вспотевший лоб, но всё так же спокойно и хладнокровно отдавал распоряжения, какие кнопки нажать и какие рукоятки повернуть.
His superb corps didn’t disappoint him. И великолепные армии не обманули его ожиданий.
Mortally damaged robots swayed to their feet and fought. Смертельно повреждённые роботы поднимались на ноги и продолжали сражаться.
Smashed, trampled, destroyed by the howling fiends, the robots managed to hold their line. Разбитые, сокрушённые, разнесённые в клочья завывающими дьяволами, роботы всё-таки удержали свою позицию.
Then the veteran Fifth Corps threw in a counterattack, and the enemy front was pierced. Тут в контратаку был брошен Пятый корпус ветеранов, и вражеский фронт был прорван.
A thousand miles behind the firing line, the generals guided the mopping up operations. В тысяче миль позади линии огня генералы руководили преследованием.
“The battle is won,” Supreme General Fetterer whispered, turning away from the television screen. — Битва выиграна, — прошептал верховный главнокомандующий Феттерер, отрываясь от телевизионного экрана.
“I congratulate you, gentlemen.” — Поздравляю, господа.
The generals smiled wearily. Генералы устало улыбнулись.
They looked at each other, then broke into a spontaneous shout. Они посмотрели друг на друга и испустили радостный вопль.
Armageddon was won, and the forces of Satan had been vanquished. Армагеддон был выигран и силы Сатаны побеждены.
But something was happening on their screens. Но на их телевизионных экранах что-то происходило.
“Is that—is that—” General MacFee began, and then couldn’t speak. — Как! Это же… это… — начал генерал Мак-Фи и умолк.
For the Presence was upon the battlefield, walking among the piles of twisted, shattered metal. Ибо по полю брани между грудами исковерканного, раздроблённого металла шествовала Благодать.
The generals were silent Генералы молчали.
The Presence touched a twisted robot. Благодать коснулась изуродованного робота.
Upon the smoking desert, the robots began to move. И роботы зашевелились по всей дымящейся пустыне.
The twisted, scored, fused metals straightened. Скрученные, обгорелые, оплавленные куски металла обновлялись.
The robots stood on their feet again. И роботы встали на ноги.
“MacFee,” Supreme General Fetterer whispered. — Мак-Фи, — прошептал верховный главнокомандующий Феттерер.
“Try your controls. Make the robots kneel or something.” — Нажмите на что-нибудь — пусть они, что ли, на колени опустятся.
The general tried, but his controls were dead. Генерал нажал, но дистанционное управление не работало.
The bodies of the robots began to rise in the air. А роботы уже воспарили к небесам.
Around them were the angels of the Lord, and the robot tanks and soldiers and bombers floated upward, higher and higher. Их окружали ангелы господни, и роботы-танки, роботопехота, автоматические бомбардировщики возносились всё выше и выше.
“He’s saving them!” Ongin cried hysterically. — Он берёт их заживо в рай! — истерически воскликнул Онгин.
“He’s saving the robots!” — Он берёт в рай роботов!
“It’s a mistake!” Fetterer said. — Произошла ошибка, — сказал Феттерер.
“Quick. — Быстрее!
Send a messenger to—no! We will go in person!” Пошлите офицера связи… Нет, мы поедем сами.
And quickly a ship was commanded, and quickly they sped to the field of battle. Мгновенно был подан самолёт, и они понеслись к полю битвы.
But by then it was too late, for Armageddon was over, and the robots gone, and the Lord and His host departed. Но было уже поздно: Армагеддон кончился, роботы исчезли, и Господь со своим воинством удалился восвояси.

Также на сайте