And Then There Were None — Десять негритят

Стандартный

«Десять негритят» — детективный роман Агаты Кристи, написанный в 1939 году.

Десять абсолютно незнакомых (кроме одной супружеской пары) друг с другом людей приезжают на Негритянский остров по приглашению мистера и миссис А. Н. Оним (Алек Норман Оним и Анна Нэнси Оним). Онимов на острове нет. В гостиной стоит поднос с десятью фарфоровыми негритятами, а в комнате у каждого из гостей висит детская считалка, напоминающая «Десять зелёных бутылок»:















Десять Негритят - Глава 9
Agatha Christie Агата Кристи
And Then There Were None Десять негритят
Chapter 9 Глава девятая
Lombard said slowly: "So we've been wrong - wrong all along! — Итак, мы ошиблись, ошиблись буквально во всем, — сказал Ломбард.
Built up a nightmare of superstition and fantasy all because of the coincidence of two deaths!" — Выдумали какойто кошмар — плод суеверий и расходившегося воображения, и все из-за двух случайных смертей.
Armstrong said gravely: "And yet, you know, the argument holds. — И все же, — Армстронг был настроен серьезно, — вопрос остается открытым.
Hang it all, I'm a doctor, I know something about suicides. Ведь я как-никак врач и кое-что понимаю в самоубийствах.
Anthony Marston wasn't a suicidal type." Антони Марстон был не похож на самоубийцу.
Lombard said doubtfully: "It couldn't, I suppose, have been an accident?" — Ну, а это все-таки не мог быть несчастный случай? — неуверенно спросил Ломбард.
Blore snorted, unconvinced. "Damned queer sort of accident," he grunted. — Что-то не верится в такой несчастный случай, — хмыкнул скептически настроенный Блор.
There was a pause, then Blore said: Все помолчали, потом Блор сказал:
"About the woman -" and stopped. — А вот с женщиной… — и запнулся.
"Mrs. Rogers?" — С миссис Роджерс?
"Yes. It's possible, isn't it, that that might have been an accident?" — Да, ведь тут мог быть несчастный случай?
Philip Lombard said: "An accident? — Несчастный случай? — переспросил Филипп Ломбард.
In what way?" — Как вы это себе представляете?
Blore looked slightly embarrassed. Вид у Блора стал озадаченный.
His red-brick face grew a little deeper in hue. Его кирпичное лицо потемнело еще сильнее.
He said, almost blurting out the words: "Look here, doctor, you did give her some dope, you know." — Послушайте, доктор, вы ведь давали ей какой-то наркотик? — выпалил он.
Armstrong stared at him. Армстронг вытаращил на него глаза.
"Dope? — Наркотик?
What do you mean?" Что вы имеете в виду?
"Last night. You said yourself you'd give her something to make her sleep." — Вы сами сказали, что вчера вечером дали ей какое-то снотворное.
"Oh, that, yes. — Ах, это!
A harmless sedative." Простое успокоительное, совершенно безвредное.
"What was it exactly?" — Но что же все-таки это было?
"I gave her a mild dose of trional. — Я дал ей слабую дозу трионала.
A perfectly harmless preparation." Абсолютно безвредный препарат.
Blore grew redder still. Лицо Блора побагровело.
He said: "Look here - not to mince matters - you didn't give her an overdose, did you?" — Послушайте, будем говорить напрямик: вы дали ей не слишком большую дозу? — спросил он.
Dr. Armstrong said angrily: "I don't know what you mean." — Понятия не имею, о чем вы говорите, — взвился Армстронг.
Blore said: "It's possible, isn't it, that you may have made a mistake? These things do happen once in awhile." — Разве вы не могли ошибиться? — сказал Блор, — Такие вещи случаются время от времени.
Armstrong said sharply: "I did nothing of the sort. The suggestion is ridiculous," He stopped and added in a cold biting tone: "Or do you suggest that I gave her an overdose on purpose?" — Абсолютная чушь, — оборвал его Армстронг, — само это предположение смехотворно. А может быть, — холодным, враждебным тоном спросил он, — вы считаете, что я сделал это нарочно?
Philip Lombard said quickly: "Look here, you two, got to keep our heads. — Послушайте, — вмешался Ломбард, — сохраняйте хладнокровие.
Don't let's start slinging accusations about." Не надо бросаться обвинениями.
Blore said sullenly: "I only suggested the doctor had made a mistake." — Я только предположил, что доктор мог ошибиться, — угрюмо оправдывался Блор.
Dr. Armstrong smiled with an effort. Армстронг через силу улыбнулся.
He said, showing his teeth in a somewhat mirthless smile: "Doctors can't afford to make mistakes of that kind, my friend." — Доктора не могут позволить себе подобных сшибок, мой друг, — сказал он, но улыбка вышла какой-то вымученной.
Blore said deliberately: "It wouldn't be the first you've made - if that gramophone record is to be believed!" — Это была бы не первая ваша ошибка, — не без яда сказал Блор, — если верить пластинке.
Armstrong went white. Армстронг побелел.
Philip Lombard said quickly and angrily to Blore: "What's the sense of making yourself offensive? — Что толку оскорблять друг друга? — накинулся на Блора Ломбард.
We're all in the same boat. — Все мы в одной лодке.
We've got to pull together. What about your own pretty little spot of perjury?" Хотя бы поэтому нам надо держаться заодно, И кстати, что вы можете сказать нам о лжесвидетельстве, в котором обвиняют вас?
Blore took a step forward, his hands clenched. Блор сжал кулаки, шагнул вперед.
He said in a thick voice: "Perjury be damned! — Оставьте меня в покое, — голос его внезапно сел.
That's a foul lie! — Это гнусная клевета.
You may try and shut me up, Mr. Lombard, but there's things I want to know - and one of them is about you!" Вы, наверное, не прочь заткнуть мне рот, мистер Ломбард, но есть вещи, о которых мне хотелось бы узнать, и одна из них касается вас.
Lombard's eyebrows rose. Ломбард поднял брови.
"About me?" — Меня?
"Yes. — Да, вас.
I want to know why you brought a revolver down here on a pleasant social visit?" Lombard said: "You do, do you?" "Yes, I do, Mr. Lombard." Я хотел бы узнать, почему вы, отправляясь в гости, захватили с собой револьвер?
Lombard said unexpectedly: "You know, Blore, you're not nearly such a fool as you look." — А знаете, Блор, — неожиданно сказал Ломбард, — вы вовсе не такой дурак, каким кажетесь.
"That's as may be. — Может, оно и так.
What about that revolver?" И все же, как вы объясните револьвер?
Lombard smiled. Ломбард улыбнулся.
"I brought it because I expected to run into a spot of trouble." — Я взял револьвер, так как знал, что попаду в переделку.
Blore said suspiciously: "You didn't tell us that last night." — Вчера вечером вы скрыли это от нас, — сказал Блор подозрительно.
Lombard shook his head. Ломбард помотал головой.
"You were holding out on us?" Blore persisted. — Выходит, вы нас обманули? — не отступался Блор.
"In a way, yes," said Lombard. — В известном смысле, да, — согласился Ломбард.
"Well, come on, out with it." — А ну, выкладывайте поскорей, в чем дело.
Lombard said slowly: "I allowed you all to think that I was asked here in the same way as most of the others, That's not quite true. — Вы предположили, что я приглашен сюда, как и все остальные, в качестве гостя, и я не стал вас разубеждать. Но это не совсем так.
As a matter of fact I was approached by a little Jewboy - Morris his name was. На самом деле ко мне обратился странный тип по фамилии Моррис.
He offered me a hundred guineas to come down here and keep my eyes open - said I'd got a reputation for being a good man in a tight place." Он предложил мне сто гиней, за эту сумму я обязался приехать сюда и держать ухо востро. Он сказал, что ему известна моя репутация человека, полезного в опасной переделке.
"Well?" Blore prompted impatiently. — А дальше что? — не мог сдержать нетерпения Блор.
Lombard said with a grin: "That's all." — А ничего, — ухмыльнулся Ломбард.
Dr. Armstrong said: "But surely he told you more than that?" — Но он, конечно же, сообщил вам и кое-что еще? — сказал Армстронг.
"Oh, no, he didn't. — Нет.
Just shut up like a clam. Ничего больше мне из него вытянуть не удалось.
I could take it or leave it - those were his words. «Хотите-соглашайтесь, хотите — нет», — сказал он.
I was hard up. Я был на мели.
I took it." И я согласился.
Blore looked unconvinced. Блора его рассказ ничуть не убедил.
He said: "Why didn't you tell us all this last night?" — А почему вы не рассказали нам об этом вчера вечером? — спросил он.
"My dear man -" Lombard shrugged eloquent shoulders. "How was I to know that last night wasn't exactly the eventuality I was here to cope with? — Видите ли, приятель, — Ломбард пожал плечами, — откуда мне было знать, что вчера вечером не произошло именно то, ради чего я и был сюда приглашен.
I lay low and told a noncommittal story." Так что я затаился и рассказал вам ни к чему не обязывающую историю.
Dr. Armstrong said shrewdly: "But now - you think differently?" — А теперь вы изменили свое мнение? — догадался Армстронг.
Lombard's face changed. It darkened and hardened. He said: "Yes, I believe now that I'm in the same boat as the rest of you. — Да, теперь я думаю, что мы все в одной лодке, — сказал Ломбард.
That hundred guineas was just Mr. Owen's little bit of cheese to get me into the trap along with the rest of you." — А сто гиней — это тот кусочек сыра, с помощью которого мистер Оним заманил меня в ловушку, так же, как и всех остальных.
He said slowly: "For we are in a trap - I'll take my oath on that! Mrs. Rogers' death! Tony Marston's! The disappearing Indian boys on the dinner-table! Oh, yes, Mr. Owen's hand is plainly to be seen - but where the devil is Mr. Owen himself?" Потому что все мы, — продолжал он, — в ловушке, в этом я твердо уверен.
Downstairs the gong pealed a solemn call to lunch. Снизу донесся торжественный гул гонга — их звали на ленч.
II Rogers was standing by the dining-room door. Роджерс стоял в дверях столовой.
As the three men descended the stairs he moved a step or two forward. Когда мужчины спустились с лестницы, он сделал два шага вперед.
He said in a low anxious voice: "I hope lunch will be satisfactory. — Надеюсь, вы будете довольны ленчем, — сказал он — в голосе его сквозила тревога.
There is cold ham and cold tongue, and I've boiled some potatoes. — Я подал ветчину, холодный язык и отварил картошку.
And there's cheese and biscuits and some tinned fruits." Есть еще сыр, печенье и консервированные фрукты.
Lombard said: "Sounds all right. — Чем плохо? — сказал Ломбард.
Stores are holding out, then?" — Значит, припасы не иссякли?
"There is plenty of food, sir - of a tinned variety. — Еды очень много, сэр, но все консервы.
The larder is very well stocked. Кладовка битком набита.
A necessity, that, I should say, sir, on an island where one may be cut off from the mainland for a considerable period." На острове, позволю себе заметить, сэр, это очень важно: ведь остров бывает надолго отрезан от суши.
Lombard nodded. Ломбард кивнул.
Rogers murmured as he followed the three men into the dining-room: Мужчины направились в столовую, Роджерс — он следовал за ними по пятам — бормотал:
"It wormes me that Fred Narracott hasn't been over today. — Меня очень беспокоит, что Фред Нарракотт не приехал сегодня.
It's peculiarly unfortunate, as you might say," Ужасно не повезло.
"Yes," said Lombard, "peculiarly unfortunate describes it very well." — Вот именно — не повезло, — сказал Ломбард. — Это вы очень точно заметили.
Miss Brent came into the room. В комнату вошла мисс Брент.
She had just dropped a ball of wool and was carefully rewinding the end of it. Она, видно, уронила клубок шерсти и сейчас старательно сматывала его.
As she took her seat at table she remarked: Уселась на свое место и заметила:
"The weather is changing. — Погода меняется.
The wind is quite strong and there are white horses on the sea." Поднялся сильный ветер, на море появились белые барашки.
Mr. Justice Wargrave came in. He walked with a slow measured tread. Медленно, размеренно ступая, вошел судья.
He darted quick looks from under his bushy eyebrows at the other occupants of the dining-room. Его глаза, еле видные из-под мохнатых бровей, быстро обежали присутствующих.
He said: "You have had an active morning." There was a faint malicious pleasure in his voice. — А вы неплохо потрудились сегодня утром, — сказал он, в голосе его сквозило ехидство.
Vera Claythorne hurried in. She was a little out of breath. Запыхавшись, вбежала в столовую Вера Клейторн.
She said quickly: "I hope you didn't wait for me. — Надеюсь, вы меня не ждали? — спросила она.
Am I late?" — Я не опоздала?
Emily Brent said: "You're not the last. The General isn't here yet." — Вы не последняя, — ответила Эмили Брент, — генерал еще не пришел.
They sat round the table. Наконец, все уселись.
Rogers addressed Miss Brent: "Will you begin, Madam, or will you wait?" — Прикажете начинать или еще немного подождем? — обратился к мисс Брент Роджерс.
Vera said: "General Macarthur is sitting right down by the sea. — Генерал Макартур сидит у самого моря, — сказала Вера.
I don't expect he would hear the gong there and anyway" - she hesitated - "he's a little vague today, I think." — Думаю, он не слышал гонг, и потом, он сегодня не в себе.
Rogers said quickly: "I will go down and inform him luncheon is ready." — Я схожу, сообщу ему, что ленч на столе, — предложил Роджерс.
Dr. Armstrong jumped up. "I'll go," he said. "You others start lunch." — Я схожу за ним, — сказал Армстронг, — а вы приступайте к завтраку.
He left the room. Behind him he heard Rogers' voice. Выходя из комнаты, он слышал, как Роджерс говорит Эмили Брент:
"Will you take cold tongue or cold ham, Madam?" Что прикажете положить — язык или ветчину?
III The five people sitting round the table seemed to find conversation difficult. Как ни старались оставшиеся за столом пятеро, им никак не удавалось поддержать разговор.
Outside sudden gusts of wind came up and died away. Резкий ветер бился в окно.
Vera shivered a little and said: "There is a storm coming." Вера вздрогнула. — Надвигается шторм, — сказала она.
Blore made a contribution to the discourse. He said conversationally: "There was an old fellow in the train from Plymouth yesterday. — Вчера из Плимута со мной в одном поезде ехал старик, — поддержал разговор Блор.
He kept saying a storm was coming. — Он все время твердил, что надвигается шторм.
Wonderful how they know weather, these old salts." Потрясающе, как они угадывают погоду, эти старые моряки.
Rogers went round the table collecting the meat plates. Роджерс обошел гостей, собирая грязные тарелки.
Suddenly, with the plates held in his hands, he stopped. Вдруг остановился на полпути со стопкой тарелок в руках.
He said in an odd scared voice: "There's somebody running..." — Сюда кто-то бежит, — испуганно сказал он не своим голосом.
They could all hear it - running feet along the terrace. Они услышали топот.
In that minute, they knew - knew without being told... As by common accord, they all rose to their feet. They stood looking towards the door. И тут же, хотя им никто ничего не говорил, все поняли… Будто по чьему-то знаку, они встали, уставились на дверь.
Dr. Armstrong appeared, his breath coming fast. В комнату ворвался запыхавшийся доктор Армстронг.
He said: "General Macarthur -" — Генерал Макартур… — сказал он.
"Dead!" The voice burst from Vera explosively. — Мертв! — вырвалось у Веры.
Armstrong said: "Yes, he's dead..." — Да, он мертв, — сказал Армстронг.
There was a pause - a long pause. Воцарилось молчание — долгое молчание.
Seven people looked at each other and could find no words to say. Семь человек смотрели друг на друга, не в силах произнести ни слова.
IV The storm broke just as the old man's body was borne in through the door. Тело генерала вносили в дверь, когда разразился шторм.
The others were standing in the hall. Гости сгрудились в холле.
There was a sudden hiss and roar as the rain came down. И тут раздался вой и свист ветра — на крышу дома обрушились потеки воды.
As Blore and Armstrong passed up the stairs with their burden, Vera Claythorne turned suddenly and went into the deserted dining-room. Блор и Армстронг направлялись со своей ношей к лестнице, как вдруг Вера Клейторн резко повернулась и кинулась в опустевшую столовую.
It was as they had left it. The sweet course stood ready on the sideboard untasted, Там все оставалось на своих местах — нетронутый десерт стоял на буфете.
Vera went up to the table. Вера подошла к столу.
She was there a minute or two later when Rogers came softly into the room. Постояла минуту-две, и тут в комнату неслышными шагами вошел Роджерс.
He started when he saw her. Увидев ее, он вздрогнул.
Then his eyes asked a question. Посмотрел на нее вопросительно и сказал:
He said: "Oh, Miss, I - I just came to see..." — Я… я… пришел только посмотреть, мисс.
In a loud harsh voice that surprised herself Vera said: "You're quite right, Rogers. Look for yourself. There are only seven..." — Вы не ошиблись, Роджерс. Глядите: их всего семь, — сказала Вера неожиданно охрипшим голосом.
V General Macarthur had been laid on his bed. Тело Макартура положили на постель.
After making a last examination Armstrong left the room and came downstairs. Осмотрев труп, Армстронг вышел из спальни генерала и спустился вниз.
He found the others assembled in the drawing-room. Все сошлись в гостиной — ждали его.
Miss Brent was knitting. Мисс Брент вязала.
Vera Claythorne was standing by the window looking out at the hissing rain, Blore was sitting squarely in a chair, his hands on his knees. Вера Клейторн стояла у окна и глядела на потоки ливня, с шумом обрушивавшиеся на остров. Блор сидел в кресле, не касаясь спинки, тяжело опустив руки на колени.
Lombard was walking restlessly up and down. Ломбард беспокойно шагал взадвперед по комнате.
At the far end of the room Mr. Justice Wargrave was sitting in a grandfather chair. В дальнем конце комнаты утонул в огромном кресле судья Уоргрейв.
His eyes were half closed. Глаза его были полуприкрыты.
They opened as the doctor came into the room. He said in a clear penetrating voice: Когда доктор вошел в комнату, судья поднял на него глаза и спросил:
"Well, doctor?" — Что скажете, доктор?
Armstrong was very pale. Армстронг был бледен.
He said: "No question of heart failure or anything like that. — О разрыве сердца не может быть и речи, — сказал он.
Macarthur was hit with a life preserver or some such thing on the back of the head." — Макартура ударили по затылку дубинкой или чем-то вроде этого.
A little murmur went round, but the clear voice of the judge was raised once more. "Did you find the actual weapon used?" Все зашептались, раздался голос судьи: — Вы нашли орудие убийства?
"No." — Нет.
"Nevertheless you are sure of your facts?" — И тем не менее вы уверены, что генерал умер от удара тяжелым предметом по затылку?
"I am quite sure." — Уверен.
Mr. Justice Wargrave said quietly: "We know now exactly where we are." — Ну что ж, теперь мы знаем, что делать, — невозмутимо сказал судья.
There was no doubt now who was in charge of the situation. И сразу стало ясно, кто возьмет бразды правления в свои руки.
This morning Wargrave had sat huddled in his chair on the terrace refraining from any overt activity. Все утро Уоргрейв сидел в кресле, сонный, безучастный.
Now he assumed command with the ease born of a long habit of authority. Но сейчас он с легкостью захватил руководство — сказывалась долгая привычка к власти.
He definitely presided over the court. Он вел себя так, будто председательствовал в суде.
Clearing his throat, he once more spoke. Откашлявшись, он продолжил:
"This morning, gentlemen, whilst I was sitting on the terrace. I was an observer of your activities. — Сегодня утром, джентльмены, я сидел на площадке и имел возможность наблюдать за вашей деятельностью.
There could be little doubt of your purpose. Ваша цель была мне ясна.
You were searching the island for an unknown murderer?" Вы обыскивали остров, желая найти нашего неизвестного убийцу — мистера А.Н. Онима.
"Quite right, sir," said Philip Lombard. — Так точно, сэр, — сказал Филипп Ломбард.
The judge went on. "You had come, doubtless, to the same conclusion that I had - namely that the deaths of Anthony Marston and Mrs. Rogers were neither accidental nor were they suicides. — И, несомненно, наши выводы совпали, — продолжал судья, — мы решили, что Марстон и миссис Роджерс не покончили с собой. И что умерли они не случайно.
No doubt you also reached a certain conclusion as to the purpose of Mr. Owen in enticing us to this island?" Вы также догадались, зачем мистер Оним заманил нас на этот остров?
Blore said hoarsely: "He's a madman! A loony." — Он сумасшедший! Псих! — прохрипел Блор.
The judge coughed. "That almost certainly. — Вы, наверное, правы, — сказал судья.
But it hardly affects the issue. — Но это вряд ли меняет дело.
Our main preoccupation is this - to save our lives." Наша главная задача сейчас — спасти свою жизнь.
Armstrong said in a trembling voice: "There's no one on the island, I tell you. — Но на острове никого нет! — дрожащим голосом сказал Армстронг.
No one!" — Уверяю вас, никого!
The judge stroked his jaw. Судья почесал подбородок.
He said gently: "In the sense you mean, no. — В известном смысле вы правы, — сказал он мягко.
I came to that conclusion early this morning. — Я пришел к такому же выводу сегодня утром.
I could have told you that your search would be fruitless. Я мог бы заранее сказать вам, что ваши поиски ни к чему не приведут.
Nevertheless I am strongly of the opinion that 'Mr. Owen' (to give him the name he himself has adopted) is on the island. И тем не менее я придерживаюсь того мнения, что мистер Оним (будем называть его так, как он сам себя именует) — на острове.
Very much so. Никаких сомнений тут быть не может.
Given the scheme in question which is neither more nor less than the execution of justice upon certain individuals for offences which the law cannot touch, there is only one way in which that scheme could be accomplished. Если считать, что он задался целью покарать людей, совершивших преступления, за которые нельзя привлечь к ответственности по закону, у него был только один способ осуществить свой план.
Mr. Owen could only come to the island in one way. Мистер Оним должен был найти способ попасть на остров.
"It is perfectly clear. И способ этот мне совершенно ясен.
Mr. Owen is one of us..." Мистеру Ониму было необходимо затесаться среди приглашенных. Он — один из нас…
VI "Oh, no, no, no..." It was Vera who burst out - almost in a moan. — Нет, нет, не может быть, — едва сдержала стон Вера.
The judge turned a keen eye on her. Судья подозрительно посмотрел на нее и сказал:
He said: "My dear young lady, this is no time for refusing to look facts in the face. We are all in grave danger. — Милая барышня, мы должны смотреть фактам в лицо; ведь все мы подвергаемся серьезной опасности.
One of us is U.N. Один из нас — А. Н.
Owen. Оним.
And we do not know which of us. Кто он — мы не знаем.
Of the ten people who came to this island three are definitely cleared. Anthony Marston, Mrs. Rogers, and General Macarthur have gone beyond suspicion. Из десяти человек, приехавших на остров, трое теперь вне подозрения: Антони Марстон, миссис Роджерс и генерал Макартур.
There are seven of us left. Остается семь человек.
Of those seven, one is, if I may so express myself, a bogus little Indian boy." He paused - and looked round. Из этих семерых один, так сказать, «липовый» негритенок, — он обвел взглядом собравшихся.
"Do I take it that you all agree?" — Вы согласны со мной?
Armstrong said: "It's fantastic - but I suppose you're right." — Верится с трудом, но, судя по всему, вы правы, — сказал Армстронг.
Blore said: "Not a doubt of it. — Ни минуты не сомневаюсь, — подтвердил Блор.
And if you ask me, I've a very good idea -" — И если хотите знать мое мнение…
A quick gesture of Mr. Justice Wargrave's hand stopped him. Судья Уоргрейв манием руки остановил его.
The judge said quietly: "We will come to that presently. — Мы вернемся к этому в свое время.
At the moment all I wish to establish is that we are in agreement on the facts." А теперь мне важно знать, все ли согласны со мной?
Emily Brent, still knitting, said: "Your argument seems logical. — Ваши доводы кажутся мне вполне логичными, — не переставая вязать, проронила Эмили Брент.
I agree that one of us is possessed by a devil." — Я тоже считаю, что в одного из нас вселился дьявол.
Vera murmured: "I can't believe it... I can't..." — Я не могу в это поверить… — пробормотала Вера, — не могу…
Wargrave said: "Lombard?" — Ломбард?
"I agree, sir, absolutely." — Совершенно с вами согласен, сэр.
The judge nodded his head in a satisfied manner. Судья с удовлетворением кивнул головой.
He said: "Now let us examine the evidence. — А теперь, — сказал он, — посмотрим, какими данными мы располагаем.
To begin with, is there any reason for suspecting one particular person? Для начала надо выяснить, есть ли у нас основания подозревать какое-то определенное лицо.
Mr. Blore, you have, I think, something to say." Мистер Блор, мне кажется, вы хотели что-то сказать?
Blore was breathing hard. Блор засопел.
He said: "Lombard's got a revolver. — У Ломбарда есть револьвер, — сказал он.
He didn't tell the truth - last night. — И потом он вчера вечером нам соврал.
He admits it." Он сам признался.
Philip Lombard smiled scornfully. Филипп Ломбард презрительно улыбнулся.
He said: "I suppose I'd better explain again." — Ну что ж, значит, придется дать объяснения во второй раз.
He did so, telling the story briefly and succinctly. — И он кратко и сжато повторил свой рассказ.
Blore said sharply: "What's to prove it? — А чем вы докажете, что не врете? — не отступался Блор.
There's nothing to corroborate your story." — Чем вы можете подтвердить свой рассказ?
The judge coughed. Судья кашлянул.
"Unfortunately," he said, "we are all in that position. — К сожалению, все мы в таком же положении, — сказал он.
There is only our own word to go upon." — И всем нам тоже приходится верить на слово.
He leaned forward. "You have none of you yet grasped what a very peculiar situation this is. Никто из вас, — продолжал он, — по-видимому, пока еще не осознал всей необычности происходящего.
To my mind there is only one course of procedure to adopt. По-моему, возможен только один путь.
Is there any one whom we can definitely eliminate from suspicion on the evidence which is in our possession?" Выяснить, есть ли среди нас хоть один человек, которого мы можем очистить от подозрений на основании данных, имеющихся в нашем распоряжении.
Dr. Armstrong said quickly: "I am a well-known professional man. — Я известный специалист, — сказал Армстронг.
The mere idea that I can be suspected of -" — Сама мысль о том, что я могу…
Again a gesture of the judge's hand arrested a speaker before he finished his speech. И снова судья манием руки остановил доктора, не дав ему закончить фразы.
Mr. Justice Wargrave said in his small clear voice: "I, too, am a well-known person! — Я и сам человек довольно известный, — сказал он тихо, но внушительно.
But, my dear sir, that proves less than nothing! — Однако это, мой дорогой, еще ничего не доказывает.
Doctors have gone mad before now. Доктора сходили с ума.
Judges have gone mad. Судьи сходили с ума.
So," he added, looking at Blore, "have policemen!" Да и полицейские тоже, — добавил он, глядя на Блора.
Lombard said: Ломбард сказал:
"At any rate, I suppose you'll leave the women out of it." — Я надеюсь, ваши подозрения не распространяются на женщин?
The judge's eyebrows rose. He said in the famous "acid" tone that Counsel knew so well: Судья поднял брови и сказал тем ехидным тоном, которого так боялась защита:
"Do I understand you to assert that women are not subject to homicidal mania?" — Значит, если я вас правильно понял, вы считаете, что среди женщин маньяков не бывает?
Lombard said irritably: "Of course not. But all the same, it hardly seems possible -" He stopped. — Вовсе нет, — раздраженно ответил Ломбард, — и все же, я не могу поверить… — он запнулся.
Mr. Justice Wargrave still in the same thin sour voice addressed Armstrong. Судья все тем же проницательным злым голосом сказал:
"I take it, Dr. Armstrong, that a woman would have been physically capable of striking the blow that killed poor Macarthur?" — Я полагаю, доктор Армстронг, что женщине было бы вполне по силам прикончить беднягу Макартура.
The doctor said calmly: "Perfectly capable - given a suitable instrument, such as a rubber truncheon or cosh." — Вполне, будь у нее подходящее орудие — резиновая дубинка, например, или палка, — ответил доктор.
"It would require no undue exertion of force?" — Значит, она бы справилась с этим легко?
"Not at all." — Вот именно.
Mr. Justice Wargrave wriggled his tortoiselike neck. Судья повертел черепашьей шеей.
He said: "The other two deaths have resulted from the administration of drugs. — Две другие смерти произошли в результате отравления, — сказал он.
That, no one will dispute, is easily compassed by a person of the smallest physical strength." — Я думаю, никто не станет отрицать, что отравителем может быть и слабый человек.
Vera cried angrily: "I think you're mad!" — Вы с ума сошли! — взвилась Вера.
His eyes turned slowly till they rested on her. Судья медленно перевел взгляд на нее.
It was the dispassionate stare of a man well used to weighing humanity in the balance. Это был бесстрастный взгляд человека, привыкшего вершить судьбами людей.
She thought: "He's just seeing me as a - as a specimen. And" - the thought came to her with real surprise - "he doesn't like me much!" «Он смотрит на меня, — подумала Вера, — как на любопытный экземпляр, — и вдруг с удивлением поняла: А ведь я ему не очень-то нравлюсь».
In measured tones the judge was saying: "My dear young lady, do try and restrain your feelings. — Моя милая барышня, я бы попросил вас быть сдержанней.
I am not accusing you." Я совсем не обвиняю вас.
He bowed to Miss Brent. "I hope, Miss Brent, that you are not offended by my insistence that all of us are equally under suspicion?" И надеюсь, мисс Брент, — он поклонился старой деве, — что мое настойчивое требование не считать свободным от подозрений ни одного из нас никого не обидело?
Emily Brent was knitting. Мисс Брент не отрывалась от вязанья.
She did not look up. In a cold voice she said: "The idea that I should be accused of taking a fellow creature's life - not to speak of the lives of three fellow creatures - is, of course, quite absurd to any one who knows anything of my character. — Сама мысль, что я могу убить человека, и не одного, а троих, — холодно сказала она, не поднимая глаз, — покажется нелепой всякому, кто меня знает.
But I quite appreciate the fact that we are all strangers to one another and that in those circumstances, nobody can be exonerated without the fullest proof. Но мы не знаем друг друга, и я понимаю, что при подобных обстоятельствах никто не может быть освобожден от подозрений, пока не будет доказана его невиновность.
There is, as I have said, a devil amongst us." Я считаю, что в одного из нас вселился дьявол.
The judge said: "Then we are agreed. — На том и порешим, — заключил судья.
There can be no elimination on the ground of character or position alone." — Никто не освобождается от подозрений, ни безупречная репутация, ни положение в обществе в расчет не принимаются.
Lombard said: "What about Rogers?" The judge looked at him unblinkingly. "What about him?" — А как же с Роджерсом? — спросил Ломбард.
Lombard said: "Well, to my mind, Rogers seems pretty well ruled out." — По-моему, его можно с чистой совестью вычеркнуть из списка.
Mr. Justice Wargrave said: "Indeed, and on what grounds?" — Это на каком же основании? — осведомился судья.
Lombard said: "He hasn't got the brains for one thing. And for another his wife was one of the victims." — Во-первых, у него на такую затею не хватило бы мозгов, а во-вторых, одной из жертв была его жена.
The judge's heavy eyebrows rose once more. He said: "In my time, young man, several people have come before me accused of the murders of their wives - and have been found guilty." — За мою бытность судьей, молодой человек, — поднял мохнатую бровь судья, — мне пришлось разбирать несколько дел о женоубийстве — и суд, знаете ли, признал мужей виновными.
"Oh! I agree. — Что ж, не стану спорить.
Wife murder is perfectly possible - almost natural, let's say! Женоубийство вещь вполне вероятная, чтобы не сказать естественная.
But not this particular kind! Но не такое.
I can believe in Rogers killing his wife because he was scared of her breaking down and giving him away, or because he'd taken a dislike to her, or because he wanted to link up with some nice little bit rather less long in the tooth. Предположим, Роджерс убил жену из боязни, что она сорвется и выдаст его, или потому, что она ему опостылела, или, наконец, потому, что спутался с какой-нибудь крошкой помоложе, — это я могу себе представить.
But I can't see him as the lunatic Mr. Owen dealing out crazy justice and starting on his own wife for a crime they both committed." Но представить его мистером Онимом, этаким безумным вершителем правосудия, укокошившим жену за преступление, которое они совершили совместно, я не могу.
Mr. Justice Wargrave said: "You are assuming hearsay to be evidence. — Вы принимаете на веру ничем не подтвержденные данные, — сказал судья Уоргрейв.
We do not know that Rogers and his wife conspired to murder their employer. — Ведь нам неизвестно, действительно ли Роджерс и его жена убили свою хозяйку.
That may have been a false statement, made so that Rogers should appear to be in the same position as ourselves. Не исключено, что Роджерса обвинили в этом убийстве лишь для того, чтобы он оказался в одном с нами положении.
Mrs. Rogers' terror last night may have been due to the fact that she realized her husband was mentally unhinged." Не исключено, что вчера вечером миссис Роджерс перепугалась, поняв, что ее муж сошел с ума.
Lombard said: "Well, have it your own way, U.N. — Будь по-вашему, — сказал Ломбард. — А. Н.
Owen is one of us. Оним один из нас.
No exceptions allowed. We all qualify." Подозреваются все без исключения.
Mr. Justice Wargrave said: А судья Уоргрейв продолжал:
"My point is that there can be no exceptions allowed on the score of character, position, or probability. — Мысль моя такова: ни хорошая репутация, ни положение в обществе, ничто другое не освобождают от подозрений.
What we must now examine is the possibility of eliminating one or more persons on the facts. Сейчас нам необходимо в первую голову выяснить, кого из нас можно освободить от подозрений на основании фактов.
To put it simply, is there among us one or more persons who could not possibly have administered either Cyanide to Anthony Marston, or an overdose of sleeping draught to Mrs. Rogers, and who had no opportunity of striking the blow that killed General Macarthur?" Говоря проще, есть ли среди нас один (а вероятно, и не один) человек, который никак не мог подсыпать яду Марстону, дать снотворное миссис Роджерс и прикончить генерала Макартура?
Blore's rather heavy face lit up. He leant forward. Грубоватое лицо Блора осветила улыбка.
"Now you're talking, sir!" he said. — Теперь вы говорите дело, сэр, — сказал он.
"That's the stuff! — Мы подошли к самой сути.
Let's go into it. Давайте разберемся.
As regards young Marston I don't think there's anything to be done. Что касается Марстона, то тут уже ничего не выяснишь.
It's already been suggested that some one from outside slipped something into the dregs of his glass before he refilled it for the last time. Высказывались подозрения, будто кто-то подбросил яд в его стакан через окно перед тем, как он в последний раз налил себе виски.
A person actually in the room could have done that even more easily. Замечу, что подбросить яд из комнаты было бы куда проще.
I can't remember if Rogers was in the room, but any of the rest of us could certainly have done it." Не могу припомнить, находился в это время в комнате Роджерс, но все остальные запросто могли это сделать.
He paused, then went on. "Now take the woman Rogers. — Перевел дух и продолжал: — Теперь перейдем к миссис Роджерс.
The people who stand out there are her husband and the doctor. Здесь подозрения прежде всего падают на ее мужа и доктора.
Either of them could have done it as easy as winking -" Любому из них ничего не стоило это сделать.
Armstrong sprang to his feet. Армстронг вскочил.
He was trembling. Его трясло от злости.
"I protest - This is absolutely uncalled for! — Я протестую… Это неслыханно!
I swear that the dose I gave the woman was perfectly -" Клянусь, я дал ей совершенно обычную…
"Dr. Armstrong." The small sour voice was compelling. The doctor stopped with a jerk in the middle of his sentence. The small cold voice went on. — Доктор Армстронг! — злой голосок судьи звучал повелительно.
"Your indignation is very natural. — Ваше негодование вполне естественно.
Nevertheless you must admit that the facts have got to be faced. И тем не менее надо изучить все факты.
Either you or Rogers could have administered a fatal dose with the greatest ease. Проще всего было дать снотворное миссис Роджерс вам или Роджерсу.
Let us now consider the position of the other people present. Теперь разберемся с остальными.
What chance had I, had Inspector Blore, had Miss Brent, had Miss Claythorne, had Mr. Lombard of administering poison? Какие возможности подсыпать яд были у меня, инспектора Блора, мисс Брент, мисс Клейторн или мистера Ломбарда?
Can any one of us be completely and entirely eliminated?" Можно ли кого-либо из нас полностью освободить от подозрений?
He paused. "I think not." — Помолчал и сказал: — По-моему, нет.
Vera said angrily: "I was nowhere near the woman! All of you can swear to that." — Да я и близко к ней не подходила, — вскинулась Вера.
Mr. Justice Wargrave waited a minute, then he said: "As far as my memory serves me the facts were these - will any one please correct me if I make a misstatement? Mrs. Rogers was lifted onto the sofa by Anthony Marston and Mr. Lombard and Dr. Armstrong went to her. — Если память мне не изменяет, — снова взял слово судья, — дело обстояло так. Прошу поправить меня, если я в чем-нибудь ошибусь: Антони Марстон и мистер Ломбард подняли миссис Роджерс, перенесли ее на диван, и тут к ней подошел доктор Армстронг.
He sent Rogers for brandy. Он послал Роджерса за коньяком.
There was then a question raised as to where the voice we had just heard had come from. Поднялся спор, откуда шел голос.
We all went into the next room with the exception of Miss Brent who remained in this room - alone with the unconscious woman." Все удалились в соседнюю комнату за исключением мисс Брент, она осталась наедине с миссис Роджерс, которая, напоминаю, была без сознания.
A spot of colour came into Emily Brent's cheeks. На щеках мисс Брент вспыхнули красные пятна.
She stopped knitting. Спицы застыли в ее руках.
She said: "This is outrageous!" — Это возмутительно! — сказала она.
The remorseless small voice went on. Безжалостный тихий голос продолжал:
"When we returned to this room, you, Miss Brent, were bending over the woman on the sofa." — Когда мы вернулись в комнату, вы, мисс Брент, склонились над миссис Роджерс.
Emily Brent said: "Is common humanity a criminal offence?" — Неужели обыкновенная жалость — преступление? — спросила Эмили Брент.
Mr. Justice Wargrave said: "I am only establishing facts. — Я хочу установить факты, и только факты, — продолжал судья.
Rogers then entered the room with the brandy which, of course, he could quite well have doctored before entering the room. — Затем в комнату вошел Роджерс — он нес коньяк, в который он, конечно, мог подсыпать снотворное до того, как вошел.
The brandy was administered to the woman and shortly afterwards her husband and Dr. Armstrong assisted her up to bed where Dr. Armstrong gave her a sedative." Миссис Роджерс дали коньяку, и вскоре после этого муж и доктор проводили ее в спальню, где Армстронг дал ей успокоительное.
Blore said: "That's what happened. Absolutely. — Все так и было. Именно так, — подтвердил Блор.
And that lets out the judge, Mr. Lombard, myself and Miss Claythorne." His voice was loud and jubilant. — А значит, от подозрений освобождаются: судья, мистер Ломбард, я и мисс Клейторн, — трубным ликующим голосом сказал он.
Mr. Justice Wargrave, bringing a cold eye to bear upon him, murmured: Пригвоздив Блора к месту холодным взглядом, судья пробормотал:
"Ah, but does it? — Да ну?
We must take into account every possible eventuality." Ведь мы должны учитывать любую случайность.
Blore stared. He said: "I don't get you." — Я вас не понимаю. — Блор недоуменно уставился на судью.
Mr. Justice Wargrave said: "Upstairs in her room, Mrs. Rogers is lying in bed. — Миссис Роджерс лежит у себя наверху в постели, — сказал Уоргрейв.
The sedative that the doctor has given her begins to take effect. — Успокоительное начинает действовать.
She is vaguely sleepy and acquiescent. Она в полузабытьи.
Supposing that at that moment there is a tap on the door and some one enters bringing her, shall we say, a tablet, or a draught, with the message that 'the doctor says you're to take this.' А что если тут раздается стук в дверь, в комнату входит некто, приносит, ну, скажем, таблетку и говорит: «Доктор велел вам принять это».
Do you imagine for one minute that she would not have swallowed it obediently without thinking twice about it?" Неужели вы думаете, что она бы не приняла лекарство?
There was a silence. Наступило молчание.
Blore shifted his feet and frowned. Блор шаркал ногами, хмурился.
Philip Lombard said: Филипп Ломбард сказал:
"I don't believe in that story for a minute. — Все это досужие домыслы.
Besides none of us left this room for hours afterwards. Никто из нас еще часа два-три не выходил из столовой.
There was Marston's death and all the rest of it." Умер Марстон, поднялась суматоха.
The judge said: "Some one could have left his or her bedroom - later." — К ней могли наведаться позже, — сказал судья, — когда все легли спать.
Lombard objected: "But then Rogers would have been up there." — Но тогда в спальне уже наверняка был Роджерс, — возразил Ломбард.
Dr. Armstrong stirred. "No," he said. — Нет, — вмешался Армстронг.
"Rogers went downstairs to clear up in the dining-room and pantry. — Роджерс был внизу — убирал столовую, кухню.
Any one could have gone up to the woman's bedroom then without being seen." В этот промежуток кто угодно мог подняться в спальню миссис Роджерс совершенно незаметно.
Emily Brent said: "Surely, doctor, the woman would have been fast asleep by then under the influence of the drug you had administered?" — Но ведь к тому времени, доктор, — вставила мисс Брент, — она должна была уже давно заснуть — она приняла снотворное.
"In all likelihood, yes. — По всей вероятности, да.
But it is not a certainty. Но поручиться в этом я не могу.
Until you have prescribed for a patient more than once you cannot tell their reaction to different drugs. До тех пор, пока не пропишешь пациенту одно и то же лекарство несколько раз, не знаешь, как оно на него подействует.
There is, sometimes, a considerable period before a sedative takes effect. На некоторых успокоительное действует довольно медленно.
It depends on the personal idiosyncrasy of the patient towards that particular drug." Все дело в индивидуальной реакции пациента.
Lombard said: Ломбард сказал:
"Of course you would say that, doctor. — Что еще вам остается говорить, доктор?
Suits your book - eh?" Вам это на руку, так ведь?
Again Armstrong's face darkened with anger. Армстронг побагровел.
But again that passionless cold little voice stopped the words on his lips. Но не успел ничего сказать, снова раздался бесстрастный недобрый голос судьи.
"No good result can come from recrimination. — Взаимными обвинениями мы ничего не добьемся.
Facts are what we have to deal with. Факты — вот с чем мы должны считаться.
It is established, I think, that there is a possibility of such a thing as I have outlined occurring. Мы установили, что нечто подобное могло произойти.
I agree that its probability value is not high; though there again, it depends on who that person might have been. The appearance of Miss Brent or of Miss Claythorne on such an errand would have occasioned no surprise in the patient's mind. I agree that the appearance of myself, or of Mr. Blore, or of Mr. Lombard could have been, to say the least of it, unusual, but I still think the visit would have been received without the awakening of any real suspicion." Я согласен, процент вероятности здесь невысок, хотя опять же и тут многое зависит от того, кем был этот «некто».
Blore said: "And that gets us - where?" — Ну и что это нам даст? — спросил Блор.
VII Mr. Justice Wargrave, stroking his lip and looking quite passionless and inhuman, said: Судья Уоргрейв потрогал верхнюю губу, вид у него был до того бесстрастный, что наводил на мысль: а подвластен ли он вообще человеческим чувствам.
"We have now dealt with the second killing, and have established the fact that no one of us can be completely exonerated from suspicion." — Расследовав второе убийство, — сказал он, — мы установили, что ни один из нас не может быть полностью освобожден от подозрений.
He paused and went on. "We come now to the death of General Macarthur. А теперь, — продолжал он, — займемся смертью генерала Макартура.
That took place this morning. Она произошла сегодня утром.
I will ask any one who considers that he or she has an alibi to state it in so many words. Я прошу всякого, кто уверен, что у него или у нее есть алиби, по возможности кратко изложить обстоятельства дела.
I myself will state at once that I have no valid alibi. Я сам сразу же заявляю, что у меня алиби нет.
I spent the morning sitting on the terrace and meditating on the singular position in which we all find ourselves. Я провел все утро на площадке перед домом, размышлял о том невероятном положении, в котором мы очутились.
"I sat on that chair on the terrace for the whole morning until the gong went, but there were, I should imagine, several periods during the morning when I was quite unobserved and during which it would have been possible for me to walk down to the sea, kill the General, and return to my chair. Ушел я оттуда, только когда раздался гонг, но были, очевидно, какие-то периоды, когда меня никто не видел, — и в это время я вполне мог спуститься к морю, убить генерала и вернуться на свое место.
There is only my word for the fact that I never left the terrace. Никаких подтверждений, что я не покидал площадку, кроме моего слова, я представить не могу.
In the circumstances that is not enough. В подобных обстоятельствах этого недостаточно.
There must be proof." Необходимы доказательства.
Blore said: Блор сказал:
"I was with Mr. Lombard and Dr. Armstrong all the morning. — Я все утро провел с мистером Ломбардом и мистером Армстронгом.
They'll bear me out." Они подтвердят.
Dr. Armstrong said: "You went to the house for a rope." — Вы ходили в дом за канатом, — возразил Армстронг.
Blore said: "Of course, I did. — Ну и что? — сказал Блор.
Went straight there and straight back. — Я тут же вернулся.
You know I did." Вы сами это знаете.
Armstrong said: "You were a long time..." — Вас долго не было, — сказал Армстронг.
Blore turned crimson. He said: "What the hell do you mean by that, Dr. Armstrong?" — На что, черт побери, вы намекаете? — Блор налился кровью.
Armstrong repeated: "I only said you were a long time." — Я сказал только, что вас долго не было, — повторил Армстронг.
"Had to find it, didn't I? — Его еще надо было найти.
Can't lay your hands on a coil of rope all in a minute." Попробуйте сами найти в чужом доме моток каната.
Mr. Justice Wargrave said: "During Inspector Blore's absence, were you two gentlemen together?" — Пока мистера Блора не было, вы не отходили друг от друга? — обратился судья к Ломбарду и Армстронгу.
Armstrong said hotly: "Certainly. — Разумеется, — подтвердил Армстронг.
That is, Lombard went off for a few minutes. — То есть Ломбард отходил на несколько минут.
I remained where I was." А я оставался на месте.
Lombard said with a smile: Ломбард улыбнулся:
"I wanted to test the possibilities of heliographing to the mainland. — Я хотел проверить, можно ли отсюда дать сигналы на сушу при помощи гелиографа.
Wanted to find the best spot. I was only absent a minute or two." Пошел выбирать место, отсутствовал минуты две.
Armstrong nodded. He said: "That's right. — Это правда. — Армстронг кивнул.
Not long enough to do a murder, I assure you." — Для убийства явно недостаточно.
The judge said: "Did either of you two glance at your watches?" — Кто-нибудь из вас смотрел на часы? — спросил судья.
"Well, no." — Н-нет.
Philip Lombard said: "I wasn't wearing one." — Я вышел из дому без часов, — сказал Ломбард.
The judge said evenly: "A minute or two is a vague expression." He turned his head to the upright figure with the knitting lying on her lap. — Минуты две — выражение весьма неточное, — ядовито заметил судья и повернул голову к прямой, как палка, старой деве, не отрывавшейся от вязанья.
"Miss Brent?" — А вы, мисс Брент?
Emily Brent said: "I took a walk with Miss Claythorne up to the top of the island. — Мы с мисс Клейторн взобрались на вершину горы.
Afterwards I sat on the terrace in the sun." После этого я сидела на площадке, грелась на солнце.
The judge said: "I don't think I noticed you there." — Что-то я вас там не видел, — сказал судья.
"No, I was round the corner of the house to the east. It was out of the wind there." — Вы не могли меня видеть. Я сидела за углом дома, с восточной стороны: там нет ветра.
"And you sat there till lunch time?" "Yes." — Вплоть до ленча?
"Miss Claythorne?" — Мисс Клейторн?
Vera answered readily and clearly. "I was with Miss Brent early this morning. — Утро я провела с мисс Брент, — последовал четкий ответ.
After that I wandered about a bit. — Потом немного побродила по острову.
Then I went down and talked to General Macarthur." Потом спустилась к морю, поговорила с генералом Макартуром.
Mr. Justice Wargrave interrupted. He said: "What time was that?" — В котором часу это было? — прервал ее судья.
Vera for the first time was vague. На этот раз Вера ответила не слишком уверенно:
She said; "I don't know. About an hour before lunch, I think - or it might have been less." — Не знаю, — сказала она, — за час до ленча, а может быть, и позже.
Blore asked: Блор спросил:
"Was it after we'd spoken to him or before?" — Это было до того, как мы разговаривали с генералом или позже?
Vera said: "I don't know. — Не знаю, — сказала Вера.
He - he was very queer." She shivered. — Он был какой-то странный, — она передернулась.
"In what way was he queer?" the judge wanted to know. — А в чем заключалась его странность? — осведомился судья.
Vera said in a low voice: "He said we were all going to die - he said he was waiting for the end. — Он сказал, что все мы умрем, потом сказал, что ждет конца.
He - he frightened me..." Он меня напугал… — понизив голос, сказала Вера.
The judge nodded. Судья кивнул.
He said: "What did you do next?" — А потом что вы делали? — спросил он.
"I went back to the house. — Вернулась в дом.
Then, just before lunch, I went out again and up behind the house. Затем, перед ленчем, снова вышла, поднялась на гору.
I've been terribly restless all day." Я весь день не могла найти себе места.
Mr. Justice Wargrave stroked his chin. Судья Уоргрейв потрогал подбородок.
He said: "There remains Rogers. — Остается еще Роджерс, — сказал он.
Though I doubt if his evidence will add anything to our sum of knowledge." — Но я не думаю, что его показания что-либо добавят к имеющимся у нас сведениям.
Rogers, summoned before the court, had very little to tell. Роджерс, представ перед судилищем, ничего особенного не сообщил.
He had been busy all the morning about household duties and with the preparation of lunch. Все утро он занимался хозяйственными делами, потом готовил ленч.
He had taken cocktails onto the terrace before lunch and had then gone up to remove his things from the attic to another room. Перед ленчем подал коктейли, затем поднялся наверх — перенести свои вещи с чердака в другую комнату.
He had not looked out of the window during the morning and had seen nothing that could have any bearing upon the death of General Macarthur. Он не выглядывал в окно и не видел ничего, что могло бы иметь хоть какое-то отношение к смерти генерала Макартура.
He would swear definitely that there had been eight china figures upon the dining-table when he laid the table for lunch. Он твердо уверен, что, когда накрывал на стол перед ленчем, там стояло восемь негритят.
At the conclusion of Rogers' evidence there was a pause. Роджерс замолчал, и в комнате воцарилась тишина.
Mr. Justice Wargrave cleared his throat. Судья Уоргрейв откашлялся.
Lombard murmured to Vera Claythorne: Ломбард прошептал на ухо Вере:
"The summing up will now take place!" «Теперь он произнесет заключительную речь».
The judge said: "We have inquired into the circumstances of these three deaths to the best of our ability. — Мы постарались как можно лучше расследовать обстоятельства этих трех смертей, — начал судья.
Whilst probability in some cases is against certain people being implicated, yet we cannot say definitely that any one person can be considered as cleared of all complicity. — И если в некоторых случаях отдельные лица не могли (по всей вероятности) совершить убийство, все же ни одного человека нельзя считать полностью оправданным и свободным от подозрений.
I reiterate my positive belief that of the seven persons assembled in this room one is a dangerous and probably insane criminal. Повторяю, я твердо уверен, что из семи человек, собравшихся в этой комнате, один — опасный преступник, а скорее всего еще и маньяк.
There is no evidence before us as to who that person is. Кто этот человек, мы не знаем.
All we can do at the present juncture is to consider what measures we can take for communicating with the mainland for help, and in the event of help being delayed (as is only too possible given the state of the weather) what measures we must adopt to ensure our safety. Нам надо решить, какие меры предпринять, чтобы связаться с сушей на предмет помощи, а в случае, если помощь задержится (что более чем вероятно при такой погоде), какие меры предпринять, чтобы обеспечить нашу безопасность — сейчас нам больше ничего не остается.
"I would ask you all to consider this carefully and to give me any suggestions that may occur to you. Я попрошу каждого подумать и сообщить мне, какой выход из создавшегося положения он видит.
In the meantime I warn everybody to be upon his or her guard. Предупреждаю, чтобы все были начеку.
So far the murderer has had an easy task, since his victims have been unsuspicious. До сих пор убийце было легко выполнить свою задачу — его жертвы ни о чем не подозревали.
From now on, it is our task to suspect each and every one amongst us. Отныне наша задача — подозревать всех и каждого.
Forewarned is forearmed. Осторожность — лучшее оружие.
Take no risks and be alert to danger. Не рискуйте и будьте бдительны.
That is all." Вот все, что я вам хотел сказать.
Philip Lombard murmured beneath his breath: "The court will now adjourn..." — Суд удаляется на совещание, — еле слышно пробормотал Ломбард.